"Русский стиль" правильно было бы отделить от русской идеи.

Государственный исторический музей открыл хорошую выставку, но назвал ее опрометчиво вызывающе - "русский стиль". Выставка хороша, поскольку демонстрирует никогда или давно не экспонирующиеся уникальные вещи из богатейшего собрания музея, вот уже десять лет переживающего российское национальное бедствие - ремонт. Чтобы он когда-то закончился, музею надо обратить на себя внимание особ, власть и деньги предержащих. Для этого дирекция музея организует выставки с явной идеологической окраской. Под них специально открыли зал под номером сорок, находящийся в безопасном отдалении от постоянной действующей экспозиции. Здесь уже прошли выставки по истории российских денег (посвящена деноминации) и портретов вождей из фондов музея ленина. В такой стратегии музея нет ничего неприличного - политическая актуальность и даже некоторая провокативность прописаны музею, расположенному на красной площади. Но идеологизированные концепции явно противопоказаны истории искусства.

С русским стилем, например, получается путаница. В общих чертах, все, конечно, понятно - речь идет о произведениях, в которых воссозданы элементы искусства допетровской руси и русского фольклора. Поскольку, принято считать, именно искусство и архитектура допетровской руси и русское народное творчество являют собой аутентичный, подлинный русский стиль. Хотя никак невозможно поставить в один стилистический ряд, например, провизантийское владимиро-суздальское зодчество, итальянщину кремля, азиатчину храма василия блаженного, московское барокко, феноменальные кижи и несколько веков русской иконописи. Но не о них выставка.

"Русский стиль" представляет вещи и архитектурные проекты второй половины xix века, авторы которых по самым разным причинам пытались возродить национальные традиции. Причем, разница мотиваций крайне существенна, легко заметить - патриотические формы русского стиля часто создавались в результате следования и даже подражания западным идеям и веяниям. Например, поиск русско-византийского стиля инициировался властью, и в храме христа спасителя академика тона классицизма и державности больше, чем чего-то специфически русского. Его имперская архитектура ближе парижскому сакре кер, чем киевской софии. Во второй половине xix века, в эпоху бурного технического прогресса, во всех цивилизованных странах (к ним тогда относили и россию) начались поиски нового буржуазного стиля, отличного от прежних дворцовых. Тогда возникла помпезная эклектика и германского бидермайера, и английского викторианского стиля, и стиля псевдорусского (теперь его величают без обидной приставки "псевдо"). Один из примеров последнего - здание исторического музея работы архитектора шервуда. Тяжелая избыточность этой эклектики и безвкусица бытовых вещей промышленного производства заставили художников европейских стран обратиться к идеалам средневековья, когда искусство и ремесло, архитектура и природа были неразрывны. В подражание англичанам и немцам, художники, собиравшиеся на подмосковной даче купца морозова в абрамцево и в смоленском имении княгини тенишевой в талашкино, обратились к декоративной традиции русского средневековья и фольклора. Мебель из их мастерских - лучшие экспонаты выставки. Национальный романтизм (еще один синоним русского стиля), поддерживался и меценатами-купцами, выходцами из старообрядческой и крестьянской среды, где любили и собирали "русскую старину". Под их патронатом возник сказочно-теремной русский стиль виктора васнецова - еще одного героя экспозиции. В силу своей утопичности такой стиль дальнейшего развития не имел. К концу века в европе родился модерн, принятый и россией. Некоторые произведения отечественного модерна стилизованы под национальную традицию. Среди лучших его образцов - ярославский вокзал шехтеля - одного из самых крупных в русской архитектуре западников.

Периодом модерна и заканчивается выставка, но не история поиска новых версий русского стиля.

К архаической народной культуре припадали и лучшие представители русского авангарда от малевича до гончаровой, и живописец петров-водкин. По заданию партии русский стиль искали мастера сталинского исторического кинематографа и зодчие метрополитена. Но, по мнению организаторов экспозиции, искусство советского периода не может считаться образцом русского стиля.

К сожалению, на выставке не нашлось места и работам некоторых современных московских архитекторов, занятых по заданию мэра столицы созданием нового московского стиля (региональной версии русского) и бесстрашно украшавших фасады домов то башенкой, то крыльцом, то портиком, то стилизованной звонницей. Хотя они явно продолжают традиции архитекторов хiх века, выполнявших госзаказ по созданию специфической национальной формы.

Выставка в историческом оказалась ретроспективной, академической. Актуализировать ее тему удалось только геннадию селезневу, призванному на вернисаж в качестве почетного гостя. На открытии спикер думы, депутат от кпрф, выслушав маленький концерт церковной музыки, в своей речи связал содержание экспозиции - богатую ювелирку от фаберже и оловянщикова, роскошный сервиз великого князя константина николаевича, изысканное панно "гребцы" утонченной художницы браиловской, фотографии придворной аристократии в исторических русских костюмах, снятые в ателье "боассон и эгглер" - с насущными проблемами нашего времени: возвращением потерянного чувства национальной гордости, выходом из экономического кризиса и готовностью помочь братьям-славянам.

Упрощенные концепции и далекие аналогии наших политиков никогда не смущали. Развить национальную идею они готовы на любом материале, не вдаваясь в исторические и стилистические тонкости. Поэтому даже тот, кто сегодня серьезно озабочен поиском национальной и культурной идентичности и обращается к славным страницам истории русского искусства, интеллектуальному и духовному богатству православной русской традиции, должен быть готов стать жертвой политических и националистических спекуляций. Пусть его утешит, что он разделит участь многих лучших русских художников прошлого.

Ольга кабанова.