Творчество.

Анатолий кондрашов. Санкт-петербург.

Небольшое по размерам хрустальное кольцо для салфеток поразило воображение мастера-гравера владимира маковецкого. Было оно изготовлено лет двести назад и оказалось единственным оставшимся от богатейшего сервиза. Удивляли чистота линий и тщательность, с которой прорисована каждая грань.

- Помнится, - рассказывает владимир, - собрались вокруг кольца лучшие питерские мастера и не могли налюбоваться на работу неизвестного мастера. А потом решили тщательно запечатлеть каждый поворот, изгиб его поверхностей. Каждый рисунок был прорезан удивительным, не известным ныне способом. Попытались сделать оттиски граней с помощью пластилина. Грани по своей ширине были меньше человеческого волоса. Даже с помощью миниатюрной иголки не смогли затем полностью удалить пластилин. Представляю, каким по красоте был сам сервиз!

для маковецкого и поныне загадкой остается тот инструмент, которым выполнялась работа. Не алмазным же! в прежние века о таком и не ведали. Предполагает, что использовалось в качестве резца медное колесо, отточенное по краям до толщины бумаги, если не меньше. И, вероятно, мастер работал над сервизом год, а то и больше. Насколько же трудоемким по исполнению был весь сервиз, если даже небольшое по размерам хрустальное кольцо заставляет настоящих профессионалов диву даваться.

Подобные свидания с прекрасным и старинным у мастера-гравера санкт-петербургского промысла "макграв" владимира маковецкого не редкость. При встрече в мастерской владимир показал мне графин, выполненный не позднее середины девятнадцатого века.

- Опять-таки остаток от сервиза, - с грустью признался маковеций. - Увы, в такой стилистике уже не сделать. Школа прежних мастеров, к сожалению, почти утеряна.

Уходят традиции стекольных дел мастеров в россии. Можно пересчитать по пальцам тех, кто и поныне занимается уникальным мастерством. Причем главным образом работает руками, отчего изображенные фигуры и композиции неповторимы.

Известно, что стеклоделием занимались еще в киевской руси. Достоянием мастеров тысячелетней давности можно считать обширную цветовую гамму изделий и стойкость оттенков. Щеголяли модницы в стеклянных бусах, с браслетами на руках, пили воду из склянниц - особого вида сосудов.

Через столетия и купеческие стекольные заводы появились. Под москвой - измайловский, под петербургом - ямбургский и жабинский. Стремились широкую публику обеспечить товаром. Ценилась посуда темного стекла с росписью эмалями, а по форме - традиционные славянские "сосудья". С другой стороны, необходимо было считаться со вкусами столичной аристократии и дворянства. Для них выпускались всевозможные бокалы - "ремеры" да "достаканьи", "карафины" (графины), рюмки из прозрачного стекла с гравировкой и резьбой.

Владимир маковецкий - представитель петербургской школы стекла. Когда все шли в инженеры, он, имея высшее образование и перспективы в скором времени "окандидатиться", вдруг совершил резкий поворот в биографии: стал рядовым гравером. Затем попал в экспериментальную группу. Завод художественного стекла, преемник петербургского императорского стекольного завода, дал ему то, что отсутствовало в научном институте - возможность реализовывать копившиеся идеи в стекле. И мыслью да резцом прозрачной пластине придавать тот образ, который скрыто в ней таится.

"Макграв" - детище маковецкого и его друзей. В начале девяностых они поняли, что лишь собственными силами на руинах знаменитого предприятия могут спасти остатки петербургской школы стекла. Само название означает "маковецкий и граверы". Приобрели три станка, разместились в подвале. Думали, создадут сложные по исполнению изделия, реализуют, и будет база для дальнейшего развития. Ан нет. Нищавший прямо на глазах народ требовал уже не музейного хрусталя. Что-нибудь попроще, с лютиками-цветочками. Пришлось развивать и серийное производство.

Теперь это по-настоящему творческая мастерская. В руках художников-граверов разработка новых направлений, использование мастерами новых технологий. Большинство изделий - в стиле народного искусства. Штофы, графины, вазы, на которых воспроизводятся картины известных живописцев прошлого.

- Берем мы за основу некоторые образцы из запасников русского отдела эрмитажа, - говорит владимир. - Есть такое понятие, как "елизаветинская стопа" - это ножка рюмки, выполненная старыми мастерами удивительно гармонично и красиво. Мы с разрешения сотрудников музея тщательно промеряем каждую деталь. С маленькими поворотами фотографируется поверхность. По договоренности с эрмитажем делается ее копия, отличающаяся по пяти позициям. К примеру, граням, высоте и так далее. Чтобы не было возможности подменить оригинал. Ну а дальше наш художник создает на основе классического образца совершенно новое изделие.

Но больше всего на "макграве" сегодня занимаются студийным авторским стеклом. Было время, в нашей стране его практически не развивали. Производство-то изделий из стекла в основном концентрировалось на крупных заводах, где в первую очередь думали о плане.

В авторскую группу, помимо маковецкого, вошли сергей гудин и сергей стрепетов. У каждого свой стиль и "фирменные" приемы. Работы гудина - это изделия в технике полутонов или стекла с накладом. Тут требуется совершенное владение инструментом. Удивительную работу он недавно сотворил. Выполнил больших размеров дарохранительницу. По тулову идет изображение патриархов церкви советского времени. Потрясающая по изобразительным элементам крышка, на которой изображена "тайная вечеря". Побывали в мастерской художники из германии, работающие в этой манере, и были в восхищении. Признались, что ничего подобного не видели.

Сергей стрепетов выполняет сложные композиции. Например, подставка с медальоном, "одетым" в металл. Сверху - прозрачный купол с линзами. Через них можно прочесть, что написано на медальоне.

Последняя работа самого маковецкого - "дракон горы" изготовлена с использованием плоских кругов оптического стекла. "Стекло в руках творческого человека всегда приобретает необычное содержание, - считает владимир. - Когда созрела идея работы, я поделился ею со своей женой и постоянным соавтором еленой лаврищевой. И вот что получилось: грозный дракон борется с наступающими скалами".

"Блины" оптического стекла были столь тяжелы, что при гравировке маковецкому пришлось использовать специальные подвесы, прикрепляя их к потолку мастерской. Оригинальность замысла и исполнения этой работы прошла проверку на знаменитых вернисажах стекла в баварии (германия), в чехии, и везде - признание маститых зарубежных авторитетов. //Источник информации: парламентская газета //дата источника: 14.04.2004