чем обернется "замена

льгот денежными компенсациями" для ветеранов

чеченских войн, живущих на урале

льготное

реформирование, объявленное правительством и

прошедшее утверждение в совете федерации,

ветераны чеченских войн на урале называют

крестовым походом против них. Это трудно назвать

преувеличением. "Чеченцы" (их тут больше

двадцати тысяч) в екатеринбурге и свердловской

области выживают с трудом: их не хотят брать на

работу - в ответ они безбожно пьют, колются,

разбойничают и попадают в тюрьмы (в одной из них,

в репине, даже создан союз ветеранов чеченских

войн числом больше двухсот членов); им нет места в

бесплатных институтах и больницах - а платить,

как правило, нечем; их гонят, как прокаженных, из

общежитий - и они сбиваются в "свои" стаи,

"чеченские" сообщества и организации, которых, в

свою очередь, побаиваются власти.

На этом фоне изгойства

большинство "чеченцев" воспринимают льготы как

признак хоть какого-то "общественного уважения"

по отношению к себе - пусть убогого, часто дутого

и показного, но все же законодательно

закрепленного уважения. Замена же льгот позорной

невнятной копейкой так называемого "социального

пакета" равнозначна для многих финальному удару

под дых от государства, которому отданы жизни

товарищей и собственное здоровье. И без того

бедные - они знают, что еще обнищают. Израненные

и инвалиды умрут, приговоренные жить на дешевом

аспирине с корвалолом вместо полноценных

лекарств. Большинство потеряет и без того с боем

выцарапанную работу. Тех, кто все-таки учился,

"монетизация" заставит бросить.

Мы начинаем серию

репортажей с урала - о том, какой удар нанесет

льготная реформа по молодым ветеранам

современных российских войн. Естественно,

ветераны эти - люди разные: нищие неудачники и

попытавшиеся подняться. Начнем с последних - что

потеряют они, заставившие себя быть

самодостаточными?

100 тысяч в год минус

половина

у руслана миронова,

молодого инвалида второй группы, очень

дружелюбная, открытая и поэтому не "чеченская"

улыбка на широкоскулом лице. Приятно - не

натыкаешься на уже привычную для "чеченца"

угрюмость и злобу в глазах. Даже неудобно

спросить, куда руслан был ранен. Он ведет себя,

как все, у кого грудь не в крестах. Обычный парень.

Только пол-лица покорежено. И руки наверное, их

собирали по клочкам.

Мы сидим в маленькой

комнатушке на улице студенческой, 16 в

екатеринбурге - тут помещения "арсенала- 32",

так называется одна из самых больших

свердловских общественных организаций

инвалидов военных конфликтов. Руслан - советник

евгения мишунина, председателя "арсенала", по

юридическим вопросам. Вокруг много людей - никто

и не скрывает, что объединились для выживания в

условиях, когда "чеченцев" общество отторгает, и

если сам человек не прикладывает геройских

усилий, то его льготы сведутся к бесплатным

билетам в екатеринбургский зоопарк.

"Еще баня была в полцены,

- вспоминают по ходу разговора, - но подорожала,

и нас не пускают. И общественный туалет. Но только

муниципальный в городе же муниципальных

туалетов не найти - одни частные". Трогательная,

нечего сказать, "забота" общества о душевном

мире ветерана, участвовавшего в гражданской

войне на территории собственного государства.

В этом году "арсенал"

поставил перед собой боевую задачу - в их

условиях задача действительно боевая, так как

выполнить ее очень сложно, требует больших

финансовых ресурсов: побывать во всех более чем

шестистах семьях погибших в чечне уральцев и

подарить каждой - большинство из них люди нищие

- чайный сервиз и диск с записью песен о

проклятой войне.

- Руслан, тем не менее

лично вы производите впечатление вполне

состоявшегося человека. Какими льготами

пользовались вы? и чего лишаетесь теперь?

- лично я - всего, -

отвечает руслан без надрыва, но весьма веско. - Я

- инвалид, но на пенсии не сидел и ни на кого не

переваливал свои проблемы. Имею маленький

бизнес, скажем, с доходом в 100 тысяч рублей в год.

Больше я не смогу. Конечно, чтобы бизнес выжил, я

пользовался льготой по налогообложению на доход

физического лица - не платил налог. Теперь

должен буду отдавать 48,5 процента от 100 тысяч. То

есть минус 48 тысяч с лишним рублей. Теряю

половину, и остается слишком мало, чтобы не

называть себя бедным.

Кроме того, у руслана был

экономический стимул помогать "своим" -

принимать на работу инвалидов. Не "свои"

работодатели шарахаются от "чеченцев", как от

чумы, несущей смуту: проблем от них куда больше

возможного дохода.

- При зарплате инвалида,

например, в 8300 рублей, - рассказывает руслан, -

ничего не удерживалось. Этому положению теперь

тоже конец - надо будет отдавать четыре тысячи.

Получается: любой инвалид, который стремится

работать, должен дважды вернуть государству из

личного дохода пресловутый "социальный пакет" в

две тысячи, который нам сейчас демонстрируют как

большое благо. Это нечестно. Это все что угодно,

но не политика протекционизма по отношению к

инвалидам, которые не хотят быть обузой обществу.

Их надо бы всячески поддерживать - именно это

выгодно государству, давать возможность

развивать индивидуальную инициативу, и чтобы по

домам не лежали, и в подвортнях не валялись а

нас сейчас фактически срубают в социально

незащищенные. В низы. Зачем?

конечно, мы говорим о

политике и идеологии. Суть "льготного

реформирования", каким его проталкивают сейчас,

выглядит уж очень по-советски, как многое из того,

чем "радует" общество путин: тогда тоже тебя

кормили в разумных пределах, а ты должен был бить

поклоны благодарности за это. Сейчас снова

чиновнику дается в руки та же булава ("соцпакет"),

которой он будет ограничивать права и свободы

подневольных людей. Система разовых подачек

чиновника вместо натуральных льгот. Чистый

советский союз.

- Еще я имел право в

осенне-зимний период за полцены летать и ездить

на поезде, - продолжает руслан. - Это очень

серьезное подспорье, когда родители в анапе, а

теща в новосибирске. Я активно пользовался этой

льготой, и никакая объявленная денежная

компенсация ее, конечно, не покроет, учитывая к

тому же реальное падение моих доходов до

минимума. А что взамен? пятидесятипроцентный

проезд в тот санаторий, каким тебя наградят от

имени родины раз в пять лет полная зависимость

от дающего. Опять же - бесплатное протезирование

зубов, оно убрано из льгот полностью. И это не

мелочь для нас, хотя кому-то покажется ерундой.

Очень актуальная льгота для "чеченцев" - мы

почти все оттуда без зубов повозвращались,

очередь в госпитале огромная. А теперь? "пакет"

инвалида - две тысячи. Участника боевых действий

- полторы тысячи. Семьям погибших - 650 рублей. Ну

какое протезирование.

И опять - мы обсуждаем

странности нашего времени: стабилизацию-2004.

Раньше все знали: да, очень трудно - россия бедна,

промышленность в ступоре, но льготы-то держались.

Теперь власть уверяет: страна богатеет, цены на

нефть высоки, рост ввп, золотовалютный резерв

поднимается, как дрожжевой пирог

- значит, социальная

поддержка должна только вырасти? логично? -

размышляет руслан. - Хочу обратить внимание на

ту деталь, которая никем не замечена сейчас. Под

шумок "все будет хорошо" правительство

покрошило 11-ю статью закона "о ветеранах". А это

ведь принципиальная статья - она не позволяла

ухудшать положение людей и требовала: если

убираешь льготу, будь добр, восполни. Теперь эти

барьеры сняты - можно дожимать. Нет закона,

который остановит чиновника. Если через полгода,

к примеру, будет решено, что коммунальные платежи

льготники также должны платить полностью,

никаких сдерживающих это законов уже не будет в

помине. Между прочим, и сейчас, когда "льготное

реформирование" еще не вступило в силу, власти

уже зашебуршились. Я-то квартиру успел получить

по льготной очереди. Но что сделали с сережей

домрачевым

"я сделал вид, что все

забыл..."

У екатеринбуржца

сергея домрачева, 1976 года рождения, пробито

легкое, два осколка в голове и часть

раздробленного черепа заменена на титановые

пластины. Все это случилось с ним в грозном, в 1996

году, в двадцать его лет, когда сергей был рядовым

по призыву и служил во внутренних войсках мвд, в

той самой страшной для солдат 101-й бригаде, где

они выживали в первую войну лишь чудом.

Сегодня сергей - типичный

представитель нашего среднего класса. Он

уверенно ведет по екатеринбургским улицам свою

серебристую "десятку", на нем ладно сидит

хороший костюм, галстук подобран идеально, он

самодостаточен, любо-дорого смотреть и слушать

и ничто ни о чем не напоминает. Женат, как хотел,

на самостоятельной грамотной красавице. Работа

очень нравится. Одно образование за спиной,

другое получает.

- Из всех, кто принимал

участие в боевых действиях и кого я знаю,

сориентировались после войны процентов десять.

Остальные пьют или ничего не делают - с

родителями живут, на их шее. От нас ведь все

шарахаются, поэтому работают обычно охранниками

у "афганцев" в чопах (чоп - частное охранное

предприятие. - А.П.), "Афганцы" наших берут, но

тоже неохотно.

- И еще многие,

помыкавшись, злые, как собаки, уезжают опять в

чечню по контракту. А вас не тянет?

- мне туда не надо, -

смеется.

- А почему другим "надо"?

- да все понятно, почему:

делаешь, что хочешь, стреляешь, куда хочешь.

Законов нет, вот и нравится.

- Как вы смогли не

скатиться?

- отделился от

государства, - опять смеется. Легкий человек с

титановым сплавом внутри: - все, что у меня есть,

я сделал без помощи государства. И это мне

нравится. Свой орден мужества никогда не ношу,

стесняюсь. Адаптировался только потому, что

сделал вид, что все забыл. Другого пути я не видел.

Рядом люди уходили на дно. А я хотел жить.

- Получалось?

- в целом да. Когда вышел

из госпиталя, надо было или учиться, или умирать.

Я выяснил, что единственное место, куда участнику

боевых действий можно поступить для бесплатного

обучения, был радиоколледж в екатеринбурге. И я

его закончил - подрабатывал у "афганцев"

сторожем, ходил, как инопланетянин, уставал, но

доучился. И решил учиться дальше - но,

оказывается, бесплатно нельзя, если техникум за

спиной. Тогда я все скрыл про радиоколледж, хотя у

меня был красный диплом, и поступил на общих

основаниях на первый курс института, на

бесплатное отделение. Устроился на очень хорошую

работу, сейчас на третьем курсе, заочник.

"Экономика и управление". Конечно, бывает, плохо

себя чувствую - это естественно. Но я никому об

этом не говорю. И вообще ничего никому о прошлом

не говорю - лишние вопросы отпадают. В госпиталь

по своему ранению должен ложиться раз в год, но в

отпуск на работе не пускают, а объяснять я ничего

не хочу. Курить бросил, не выпиваю. Физическая

нагрузка невозможна. От государства я

воспользовался, во-первых, льготой на

поступление в радиоколледж, во-вторых, купил

машину на страховку за ранение и, в-третьих, встал

в льготную "чеченскую" очередь на жилье. Сам

жилье купить я не смогу - несколько работ не

вытяну физически. Ранение не позволит.

Сергей жил спокойно -

ждал, очередь должна была подойти как раз в этом

году. И вот, не дожидаясь даже отмены льгот,

сережу вызвали в администрацию октябрьского

района екатеринбурга в начале августа. Ему было

велено переписать заявление "сегодняшним днем".

Предлог: вроде бы формируют очередь одним

списком - для всех льготников, которые вот-вот

льготниками быть перестанут, и поэтому надо

переписать переписал, и ему тут же сообщили, что

теперь его номер - 677-й. Вместо первого.

- Я такой подлянки не

ожидал. Конечно, обидно, - говорит сергей и

начинает чуть-чуть картавить. Это титановые

пластинки, когда нервничает, чуть сдвигаются, и

сережин мозг выдает ему легкую "французистость"

говора. Он показывает свою крошечную квартирку,

которую они с женой снимают, - у родителей негде.

Так с кем оно, наше

государство? за кого оно? почему загоняет в тупик

даже тех, которые умеют и хотят из него

выбираться? и значит, кого, в конце концов, наша

власть хочет видеть преданными себе гражданами?..

Так называемая "льготная реформа" - это

сознательный выбор государством пути

дальнейшего намеренного обнищания тех, кого оно

обязано было поставить на ноги после войны.

Хорошо, не поставило - они выбрались сами. И что

же теперь? опять и опять государство не желает

допустить их успеха, спихивая в пропасть общей

нищеты на фоне лозунгов о новом курсе на борьбу с

бедностью "чеченцы" говорят: это последняя

капля неверия и недоверия политикам

(правительству, президенту,

парламенту-штамповщику). И это стерпеть им будет

невозможно - и дело совсем не в митинге на

площади.

p.s.

В СЛедующем номере - о тех "чеченцах", которые

после войны оказались на дне. Спасет ли их

"соцпакет"?

анна политковская,

спец. Корр. "Новой", екатеринбург

//источник информации: новая газета //дата источника: 12.08.2004